Дизайнер Яна Пермяковао карельском
стиле

Интерьеры квартир, отелей и ресторанов, залы государственных музеев и бизнес-пространства — дизайнер Яна Пермякова работает с самыми разными проектами. Но одно из главных направлений ее работы связано с Карелией: девять лет команда Karelian Design переосмысливает традиционные орнаменты, материалы и образы региона. Поговорили с Яной о карельском стиле, интерьерах с личной историей и визуальном языке Петрозаводска.

Краткий пересказ от ИИ: В интервью Яна Пермякова рассказывает, как семейные корни и интерес к карельской культуре привели ее к созданию Karelian Design. Первая коллекция выросла из старинной вышивки, а позже источниками вдохновения становились рускеальский мрамор, архитектура Кижи, история мастера Фаберже из Карелии Михаила Перхина и семейные вещи клиентов. Для Яны важно не копировать традиционные элементы, а переосмысливать их и создавать интерьеры с собственной историей. В интервью также поговорили о семейных вещах самой Яны, интересных местах Петрозаводска, визуальном бренде города и о том, почему район Зарека мог бы стать его украшением. 

— Как появилась идея создать бренд Karelian Design? 

— Я занимаюсь дизайном интерьеров уже больше 20 лет и много раз ездила на профессиональные выставки в Италию, Францию, Германию. Там я обратила внимание, что у каждой страны есть какие-то свои характерные особенности в дизайне, поэтому мы никогда итальянцев не перепутаем с французами, а французов, например, с немцами. Тогда я подумала, а есть ли русский стиль? Ведь это получается очень широкое понятие. У нас огромная страна, много национальностей, регионов, и у каждого – свое индивидуальное лицо. 

Я стала развивать именно карельское направление, так как мой папа – сегозерский карел, вся семья говорит на карельском, и эта культура всегда была мне близка. Я много времени в детстве проводила в селе Паданы, близко к природе. Я умею делать все, из того, чем занимались местные: и веники вязать, и рыбу ловить, и грибы собирать. Я действительно очень люблю эти места, и наше село. Меня всегда завораживали вышивки, литература о народном искусстве, разные орнаменты. И занимаясь именно интерьерным дизайном, я задумалась, как это можно было бы внедрить? Мне хотелось придать стилю именно современное лицо, чтобы это были не матрешки и балалайки, а что-то интересное. 

Если говорить именно про интерьерную сферу, из-за того что дизайнеры используют одни и те же материалы, мебель, светильники – интерьеры получаются похожими. Чтобы получилось сделать что-то уникальное, мы стали создавать собственные принты, мебель, и потом это перешло в более широкий спектр. 

— С чего началась первая коллекция Karelian Design? 

— На выставке в Национальном музее меня зацепила одна вещь. Это была вышивка полотенца из деревни Гарь на границе с Архангельской областью. Меня впечатлила ее многоцветность. Там были, по сути, все природные цвета Карелии, причем сложные: оранжевый, зеленый, бордовый, голубой, коричневый. Я разговаривала с музейными работниками, и оказалось, что такая многоцветная вышивка достаточно уникальна. Красная на белом встречается практически везде, а здесь было большое количество цветов.

Мы не стали просто переносить рисунок. Вместе с графическим дизайнером Павлом Маниловым переработали его и создали графику по мотивам орнамента. Эта вышивка стала отправной точкой для целой серии работ от принтов до мебели, которая потом выросла в нашу первую и, наверное, самую широко представленную коллекцию. 

— Востребован ли карельский стиль за пределами региона?

— Да, у нас есть клиенты из других регионов России, которые заинтересовались нашими интерьерами. Как-то раз, когда мы уже заявили слоган «Мы создаем карельский стиль», я разговаривала с иностранцем. Он говорит: «Я гуглю карельский стиль, а ничего нет». А сейчас поисковик выдаст уже достаточно много разных интерьеров. В этом направлении стали работать другие дизайнеры. 

— Когда слышишь «карельский стиль», первое, что приходит на ум — шунгит, карельская береза и заонежская вышивка. Как использовать их так, чтобы вещь вписалась в интерьер и выглядела современно, а не как музейный экспонат? 

— Мне кажется, эту мысль хорошо сформулировали наши клиенты. Они сказали: «Мы не хотим лубочный интерьер». Когда используешь национальные элементы, действительно легко может получиться лубок (бездумное сочетание клише, например: русский стиль – это балалайка, матрешка, кокошник. — Прим. авт.). Поэтому основа наших интерьеров все равно современная, а все элементы включаются деликатно. И мы никогда не делаем просто прямой перенос. Та же вышивка была для нас источником вдохновения, но не конечным результатом. Все-таки нужно разобраться в том, что ты используешь. Например, что означает символика? Стоит потратить время на общение с историками, чтобы правильно ее интерпретировать. 

^{Фото: Karelian Design}

— И вы, получается, всегда перед работой над интерьером сначала исследуете тему? 

— Да, я всегда трачу время на исследование. Мне нравится, когда есть единая линия, а не просто красивые элементы, собранные в кучу. Таких деталей не должно быть много, и они должны рассказывать какую-то историю. Я по своему интерьеру могу экскурсию провести: почему здесь это, почему там то. Мне нравится работать со смыслом. 

— Такой подход требует гораздо больше работы, чем просто подобрать готовые решения. Не усложняете ли вы себе этим задачу? 

— Наверное, усложняю. Но по-другому не умею. Мне важно, чтобы мне самой было интересно работать над проектом — тогда я развиваюсь как специалист. Когда мы начинали заниматься карельским стилем в 2017 году, это было чем-то новым. Сейчас в похожем направлении работает уже много дизайнеров, поэтому мне самой интересно двигаться дальше, искать новые темы и способы их интерпретировать.   

— Где еще вы ищете идеи для новых коллекций, кроме народных орнаментов? 

— У нас есть коллекция, посвященная Рускеала, где мы перенесли природный рисунок мрамора в принт, а в коллекции Kizhi мы использовали очень узнаваемый элемент — лемех (деревянная черепица, которая используется в архитектуре Русского Севера. – Прим. авт.). Когда мы делали световое панно с ним, то заказывали изготовление гипсовых элементов в Воронеже. Мастер потом рассказывал, что знакомые увидели их в мастерской и спрашивали: «Что это такое? Что-то космическое?» То есть человек, который никогда не был в Карелии и не знает историю этого элемента, видит в нем что-то современное. Для меня это как раз ключевое — увидеть в старом что-то новое. Чтобы это выглядело как что-то из будущего, а не из прошлого. 

^{Фото: Karelian Design}

Был, например, забавный случай, когда дети, глядя на один из наших принтов сказали: «О! Это же Майнкрафт!» То есть для ребенка этот рисунок выглядит абсолютно актуально, хотя в его основе лежит вышивка 19 века. 

И еще есть очень интересная коллекция, посвященная Михаилу Перхину. Он родился в Карелии, а потом уехал в Петербург и стал ведущим мастером Фаберже. Больше половины императорской коллекции яиц Фаберже сделал именно он. Для этой коллекции мы объединили мотивы его работ с поморской традицией золотного шитья. Так что мы брендируем не только туристические места, но и персоналии.

— Вы упомянули, что разрабатываете элементы специально под проекты. Есть какой-то любимый пример? 

— Они все любимые. Но из наиболее интересных был такой. Однажды к нам пришла клиентка, которая хотела, чтобы в дизайне комнаты использовались вепсские мотивы. Я попросила ее показать вещи, сохранившиеся в семье. Она принесла вышивку, которую делала ее бабушка-вепска. Мы ее отсняли, переработали и сделали несколько принтов. Один использовали в интерьере, а с разрешения клиентки остальные эскизы стали основой для целой вепсской коллекции. 

^{Фото: Karelian Design}

Мне важно, чтобы интерьер был про конкретного человека. В другом проекте я специально напросилась к клиентам в гости, чтобы увидеть, какие картины им нравятся, какие вещи они привозят из путешествий. Если бы я не была у них дома и не увидела всего этого, интерьер получился бы совсем другим.

— Я знаю, что вы собираете предметы своей семьи и занимаетесь генеалогией. Что интересного вам удалось узнать? 

— Уже несколько лет моя тетя постепенно передает мне вещи, которые делал мой прадед. Я его никогда не видела, но через эти предметы уже научилась чувствовать его руку. Я уже отреставрировала столик, а недавно увидела ширму и сразу поняла, что это он ее сделал. Я удивилась, какое у него было чувство пропорции, как сделана каждая деталь — ведь у него не было художественного образования. Я раньше думала, почему я вообще дизайнер? Мои родители никак не связаны с творческой профессией. А когда узнала про прадеда, увидела его вещи – сразу поняла. И мне очень нравится натуральное дерево, старые вещи — в них есть тепло. 

— Какие места в Петрозаводске вы как дизайнер посоветовали бы посетить туристу? 

— Конечно, нашу Набережную. Они есть во многих регионах, но у нас хорошо ощущается близость воды. Например, в Архангельске высокий бордюр отделяет человека от реки, возникает ощущение стены. А у нас ограждение низкое, и ты чувствуешь: вот оно, озеро, совсем рядом.

Для знакомства с архитектурой хорошо подойдут центральные улицы. Улица Свердлова, например, где находится почтамт. Она зеленая, там интересная архитектура и красивая лепнина на зданиях. Национальный музей и Музей изобразительных искусств я очень люблю и еще интересное пространство сделали в «Слюдариуме». 

А вообще я бы обязательно отвела гостей в какую-нибудь мастерскую: на «Первую площадку» или в наш шоурум. Мне кажется, туристу интересно попасть туда, где можно познакомиться с тем, что делают местные мастера. У нас, например, представлены работы примерно 70 мастеров из Карелии. И люди отмечают, что это не привычная сувенирная продукция. К нам, например, люди иногда приходят просто посмотреть на красивые вещи, как они говорят «покормить глазки». 

 — Несколько лет назад вы говорили, что Петрозаводску нужен собственный визуальный бренд. Сейчас он, на ваш взгляд, появился?

— Да, раньше было много разговоров о том, что нет понимания, что такое Петрозаводск, нет какого-то графического символа, который использовался бы повсеместно. Недавно я как раз участвовала в совещаниях по поводу туристического бренда Петрозаводска. Концепцию разрабатывал Павел Манилов, и мне понравилась идея Петрозаводска как точки входа. Мы приезжаем сюда, а отсюда уже открывается вся Карелия: можно отправиться в Кижи, в Сортавала, на Белое море, другие места Карелии. Получается такой портал. Мне кажется, это действительно может сработать.

— Какое пространство Петрозаводска вам хотелось бы переосмыслить? 

— Все. От административных учреждений до поликлиник. Наверное, это уже профессиональная деформация, но я не могу это отключить. Мне кажется, очень недооцененный район — Зарека. Если привести ее в порядок так же, как центр, будет загляденье: малоэтажные дома, много зелени, интересный ландшафт, выход к воде. Сейчас это не самый престижный район, а мог бы, наоборот, стать украшением города.

Мне нравится выражение «Дизайн — среда для позитивных перемен». Когда территория аккуратная, чистая, красивая, люди и ощущают, и ведут себя по-другому, меньше вандализма. Среда важна на всех уровнях — начиная с квартиры, где ты живешь, и заканчивая подъездом, улицей и городом.